Звездный, 20 июля 1995 г.
Отдохнув от воспоминаний, подробно описываю все, что было…
К моему полному изумлению, Артем обнял меня за плечи и посадил на диван. И так я некоторое время сидел, опустив глаза и тупо уставившись в тарелку, стоявшую передо мной на столе. Вдруг узор на краю тарелки как бы ожил. Я внимательно присмотрелся к нему. Он был нанесен бледной розовой краской по синему полю. Приглядевшись внимательнее, я понял, что это такое. С большим мастерством на тарелке были изображены мужские половые органы: толстые и тонкие, напряженные и спокойные, переплетающиеся самым непостижимым образом и соприкасающиеся друг с другом в самых причудливых комбинациях.
Меня бросило в жар. Я не знал, куда девать лицо. И вдруг я услышал тихий смех Артема и поймал на себе его лукавый, насмешливый взгляд.
- В твоих журналах интереснее,— сказал он. - Но мы еще их посмотрим. А сейчас давай выпьем мартини. За знакомство!
Понемногу мы разговорились, выпили, закусили апельсинами. Затем выпили на брудершафт. Потом он меня поцеловал. Он был такой хорошенький, что я с восторгом обнял его за шею, и наши губы слились в сладком поцелуе. Но какой это был поцелуй! Таких поцелуев я никогда еще не испытывал. Хотя Макс тоже умел целоваться. Но чтобы так!.. Когда губы Артема прижались к моим, а его язычок встретился с моим язычком, у меня все помутилось в голове и как бы приостановилось дыхание. Это было потрясающе!
Артем со стоном оторвался от меня, тихо опустился на ковер и положил голову мне на колени. Мы тяжело дышали. Говорить было невозможно. Невыразимое блаженство охватило нас.
Наконец, Артем медленно поднял голову и тихо, каким-то глухим голосом произнес:
- Как ты думаешь, Андрей, что если я сниму футболку? Ты не возражаешь?
- Делай, что хочешь,— пролепетал я.
Артем поднялся, подошел к зеркалу и, глядя на свое отражение, потянул футболку и медленно начал снимать ее. Затем он расстегнул джинсы и они медленно спустились к его ногам.
Я уже совершенно пришел в себя и с жадным любопытством следил за ним. Артем остался в одних белых плавках. Ах, как он был хорош!
«Интересно сколько мужчин не трогали его?» - подумал я.
- А почему ты не раздеваешься? Ведь жарко. Помочь тебе?
И, не ожидая ответа, Артем ловко расстегнул своими пальчиками ремень и пуговицу на моих джинсах. Я остался в нижнем белье.
- Давай ляжем на диван и полистаем твои журналы, - предложил Артем.
Он сбросил с этажерки на диван журналы, снял с себя плавки и совершенно голый улегся на плюшевой обивке. Закинув руки за голову, он смотрел на меня каким-то затуманившимся взором.
Его напряженный член с розовой головкой торчал в мою сторону.
Прямо перед моими глазами красовались его яички, покрытые темным пушком. Меня пронзило непреодолимое чувство стыда, но я не в силах был отвести в сторону взгляд.-
Андрей, я жду тебя! - Артем, подвинувшись, освободил мне место.
Тогда я нерешительно приблизился к дивану, и он, обхватив меня рукой за талию, ласково привлек к себе.
- Ложись, - шепнул он, и я послушно вытянулся рядом с ним.
- Откуда у тебя эти журналы?
- Дал мой друг.
- А где он их взял?
- Достал один парень. Наш хороший знакомый
- А он с ним живет?
- Нет, - покачал я головой.
- Он твой друг?
Я утвердительно кивнул головой.
- И ты с ним… У вас что-нибудь было?
Я взглянул на него непонимающе.
- Ну… ты с ним был, как с мужчиной?
- Нет… - тихо прошептал я. - Нет, мы только танцевали рок-н-ролл, раздетые… он трогал меня за пенис…
- Ну… а сзади он тебя не трогал… Вот здесь? - раздвинув ноги, Артем просунул руку между ними и положил ладонь между своих ягодиц.
Мне было стыдно на него смотреть, и я закрыл глаза. Артем тихо засмеялся.
- Глупенький, ты еще ничего не знаешь! Зачем тебе журналы? И что ты в них понимаешь?
Меня так задели эти насмешливые вопросы, что, в конце-концов, краснея от стыда и отведя в сторону глаза, я рассказал ему кое-что о себе. Что именно? Ну, то, что я уже многое знаю: и то, что бывает между мужчиной и женщиной, и то, что я сам уже сильно возбуждаюсь… Но, несмотря на его расспросы, я не решился сознаться, что и сам умею удовлетворяться.
Артем прерывал мой рассказ то своими замечаниями, то жаркими поцелуями, впиваясь своими губами в мои губы. Затем он стянул с меня плавки, и я внезапно увидел свой член и яички совсем обнаженными.
- Какие у тебя красивые маленькие шарики! Какие они твердые! И член торчит…
Артем гладил, слегка мял их, потом вдруг, наклонившись, взял одно яичко в рот и страстно его пососал.
Сам того не ожидая, я подался ему навстречу. Артем застонал и еще сильнее втянул себе в рот мое яичко, лаская его языком.
У меня кружилась голова, и я чувствовал, что еще немного, и со мной случится то же самое, что случилось в кустах, когда я рассматривал журналы. Мне стало стыдно, и я оттолкнул голову Артема.-
Не надо… потом! — простонал я и, с трудом приподнявшись, сел на диване. - Ты лучше покажи то, что обещал,— напомнил я ему.
Во время недавней беседы Артем намекнул, что у него есть что-то интересное.
- Ладно, ладно,— кивнул он головой. - Ох, какой ты приятный!.
Обхватив меня руками, он со стоном прижал меня к себе.
Я почувствовал своим телом его горячую грудь.
- Не могу удержаться… Эти непонятные ощущения сводят меня с ума!
Артем достал из шкафа толстую книгу — «Исследования половой жизни: советы и указания». В книге было много иллюстраций. Мы улеглись ничком и принялись рассматривать книгу. Артем комментировал картинки. Вот мужской член негра. А это белого парня… Самые большие были все-таки у негров. Мне даже стало как-то обидно за белых ребят. Слабаки они против чернокожих! Как жаль!
Затем описывались способы половых сношений и онанизма. В одной из глав рассказывалось о совокуплении через рот. Я читал эти строки, сознаюсь, с некоторым отвращением, но потом стал как бы понимать, что речь идет о самом нормальном и далеко не худшем человеческом общении. К тому же мне понравилось, что автор книги давал весьма дельные советы, видимо, предназначенные для молодоженов и влюбленных:«Неприятных ощущений при слишком далеко введенном в рот члене можно избежать, если партнер будет ограничивать рукой длину той части члена, которая находится во рту.
Постепенно освобождая эту часть и пропуская член все глубже, путем частых повторений можно добиться того, что спазмы гортани прекратятся, и мужчина сможет доставать головкой отверстие горла, не причиняя партнеру ни малейшей боли. Человек, обладающий повышенной половой эмоцией, ощущает при таком способе острое наслаждение, быстро входит в экстаз и не испытывает никаких неприятных последствий. Такие люди, в порыве страсти сами стараются как можно глубже вобрать себе в рот мужской член, независимо от его размера. Мужчина же не должен терять контроль над собой, так как при большой величине плоти и при интенсивном движении его взад и вперед, особенно в кульминационный момент извержения семени, можно причинить партнеру некоторую боль. Е
сли мужчина не обладает достаточной силой воли и у него очень большой член, то рекомендуется одевать на него ограничительное кольцо. Советуем это делать партнеру, который во время полового сношения через рот может впасть в состояние удушья…»
- Пожалуй, хватит на сегодня,— сказал Артем, когда мы закончили главу «Техника онанизма».
Захлопнув книгу, Артем повернулся ко мне и слегка сжал мою попку.
Мне уже давно хотелось писать, и я еле сдерживался.
- Артем, где у вас уборная? — спросил я, густо покраснев.
- Бедненький! Так тебе захотелось пи-пи! О, бедное мое дитя!
Он вскочил с дивана и вытащил из-под умывальника ночной горшок.
- Писай скорей!
Мне было стыдно, но я уже не мог терпеть и начал писать.
Артем, не отрываясь, смотрел на меня. Затем подошел и положил руку мне на плечо. Я не мог смотреть ему в лицо и старался смотреть вниз. Прямо перед моими глазами темнели кудрявые волосы его лобка, а ниже торчал сильно набухший член. Его крайняя плоть сильно сдвинулась и головка была почти совсем открытая.
Я уже пописал, но двигаться мне почему-то не хотелось. «А что, если взять его в рот?» - мелькнула у меня шаловливая мысль, и я улыбнулся, представив себе, что сказал бы Артем. Но вдруг он сам взял мою голову, наклонил меня и, выгнув вперед свой живот, прижал мое лицо к своим половым органам. Я почувствовал прикосновение шелковистых волос и волнующий запах.
- Пойдем, малыш.
Артем поднял меня на руки, положил на диван и принялся страстно целовать мою грудь, шею, живот…
Ах, не могу вам передать свои ощущения… у меня до сих пор дрожат руки, и я с трудом печатаю буквы… лицо горит… и… я начинаю ерзать на стуле, когда вспоминаю, что мы делали с Артемом потом!..
Кстати, вот бы почитать эту книгу вместе с Максом! Но это лишь мечта.
А пока что извините меня…
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
